Кобо Абэ. Сожженная карта - ДОНЕСЕНИЕ
библиотека постоянно пополняется!
87 >
четыре-пять, а кое-где и по семь-восемь человек. Но атмосфера тревоги как-то
не ощущалась. Каждый, ссутулившись, залпом выпивал свой стаканчик сакэ и
вылавливал из тарелки закуску. А может быть, мне кажется, что все спокойно,
потому что я не знаю, как здесь бывает обычно? Если уж выискивать, что
вселяло беспокойство, - так это, пожалуй, то, что среди толпившихся людей
некоторые в защитных касках, хотя сейчас они были не на работе. Но не
исключено, что надели они их просто из-за холода... да и вокруг костра в
прежних позах замерли те пятеро... вроде бы никто из посетителей не
заигрывает с женщинами...
Шея брата вдруг напрягается. Он слегка наклоняет голову вперед, как
птица, приготовившаяся к нападению, и с недопитой чашкой в руке упругим
шагом неожиданно направляется к костру. Чтобы не спотыкаться о камни, он
идет на цыпочках, и его спина на фоне еще более огромной тьмы уже не кажется
черной стеной.
- Что, начинается?
- Неплохой человек. - Небритая морда с сигаретой в зубах снова начинает
покачиваться. - Не такой уж плохой человек, а вот ненавидят его. Человек он
с умом, толковый человек, и зачем ему нужно так уж жать. Кому понравится,
что он устроил этим, из бараков: выпивку и закуску дают только в кредит?
Подмазал управляющего ихней конторой и сделал так, что деньги, которые они
ему должны, вычитают из жалованья.
- Здорово...
- Во куда они забрались, чтобы подработать, да из этого все равно
ничего не выйдет. И ведь знают, что будут жалеть, когда кредит покрывать
придется, а все равно таким способом их заставляют раскошелиться.
- Затевать историю из-за такого-то пустяка странно.
- Послезавтра... пятнадцатого, день выплаты - вот такое дело... еще
стаканчик?
- Только за свои деньги.
Небритая морда, туша сигарету об угол плиты, улыбается. Бросив мельком
взгляд на машину, я обращаю внимание на выпуклое продолговатое зеркало у
ветрового стекла, которое позволяет, сидя в ней, видеть, что делается на
берегу. Пять человек у костра, все как один, наклонившись к огню,
неподвижны, словно фигуры на картине. Небритая морда, будто разговаривая сам
с собой:
- Да, неплохой человек... вот хоть эти женщины - ведь тем, кто в
бараках живет, лишь бы баба, хоть кривая - другие от такой хари бежали бы
без оглядки. Да и этим крепкозадым кобылам все равно, с каким мужиком
переспать. Одна, говорят, гостя к себе допустит, а сама спит-похрапывает и