Library

55 >

исследованиями,  люди,  думая,  наверно, что человек, лишенный лица, лишен и
души, ни за что не допустят, чтобы я слился с ними. Я отдавал все силы тому,
чтобы продолжать идти.
     Если бы  я  легкомысленно окликнул кого-нибудь из  толпы,  моя  связь с
окружающими вмиг расползлась бы,  как намокшая бумага седзи*. Меня, наверно,
окружили бы частоколом люди и стали без всякого снисхождения расспрашивать о
моей  маске,  такой  нелепой.  Я  раз  шесть  прошел из  конца  в  конец  по
привокзальной  улице   и   все   это   время  беспрерывно  получал  подобное
предостережение. Нет, не потому, что я слишком много думал об этом. Хотя там
была невообразимая толчея,  вокруг меня,  точно это  был  зачумленный район,
всегда оставалось свободное пространство и  ни  разу  никто  не  задел  меня
плечом.
     ______________
     * Седзи - раздвижные перегородки в японском доме, обтянутые бумагой.

     Мне казалось, что я в тюрьме. В тюрьме, и тяжело давящие на тебя стены,
и стальные решетки - все превратилось в отполированное зеркало, и ты повсюду
находишь собственное отражение.  То, что ты не можешь в любую минуту убежать
от самого себя,  -  вот в чем ужас заточения.  Я тоже прочно упрятан в мешок
самого себя -  как ни бейся, не вырвешься из него. Нетерпение превратилось в
раздражение,  а  раздражение вылилось в  мрачную злобу.  Но  тут вдруг мне в
голову пришла мысль:  а что, если зайти в ресторан в универмаге? Может быть,
потому, что у меня было время, а может быть, из-за того, что я проголодался.
Но  эта  мысль  заключала в  себе  еще  больший  вызов.  Интуиция  человека,
загнанного в  угол,  наконец подсказала мне,  где распорот мешок,  в который
меня упрятали.
     Люди  ведь  становятся одинокими,  становятся разобщенными,  становятся
беззащитными,  обнаруживают свои слабости, становятся слезливо-просительными
главным образом в те минуты, когда спят, отправляют естественные надобности,
ну и когда поглощены едой.  Кстати,  "индивидуальное" меню составляет особую
гордость ресторанов в универмагах.
     Помещение,  куда я  спустился на  эскалаторе,  было похоже на  зал  для
приемов.  Ресторан,  видимо,  сразу же за ним.  Я  совсем уж было направился
туда,  как  вдруг прямо передо мной  выплыло огромное объявление:  "Выставка
масок Но".  На секунду я  замер и  в растерянности чуть не повернул обратно.
"Конечно же,  это должно было непременно случиться, - подумал я. - Но если я
убегу, надо мной будут смеяться еще больше". И хотя попасть в ресторан можно
было, не заходя на выставку, я все равно направился прямо в этот зал.

Следующая

55 >