Кобо Абэ. Четвертый ледниковый период - 27
библиотека постоянно пополняется!
107 >
связь этого явления с необычайной температурой атмосферы в последнее время,
предлагает сотрудничество заинтересованным организациям Японии. Газета
спрашивала меня, примет ли это предложение лаборатория машины-предсказателя
при ЦНИИСТе. Я ответил, что ничего сказать не могу, поскольку вся информация
для прессы дается теперь исключительно через комиссию по программированию в
Статистическом управлении. Чувство стыда, которое я всегда испытываю при
подобных разговорах, с новой силой и совершенно особенным значением охватило
меня.
За окном, меняя очертания, медленно тает ослепительное круглое облачко.
Под ним ветка с листьями, крыша соседнего дома, двор. Еще вчера я верил в
прочность своего ощущения непрерывности этого повседневного бытия. А теперь
не верю. Если то, что я видел прошлой ночью, есть реальность, значит мое
ощущение повседневного меня обманывает. Все вывернулось наизнанку.
Я считал, что с помощью машины-предсказателя мир будет непрерывно
становиться все более спокойным, все более прозрачным - прозрачным, как
горный хрусталь. Я был идиотом. Или, может быть, слово "познать" означает в
действительности не "увидеть порядок и закономерность", а "обнаружить хаос"?
- Постарайся еще раз вспомнить, что представлял собой этот родильный
дом, куда тебя возили. Это очень важно.
Жена молчала, в замешательстве глядя на меня. Конечно, она не понимала,
насколько это важно. И она представления не имела, как это меня заботит. А я
не мог ей объяснить и едва опять не разозлился. Даже если бы мне не навязали
обязательство хранить тайну, все равно рассказать жене правду было бы
невозможно. Это невероятно осложнило бы положение. Если судьба нашего
нерожденного ребенка так потрясла меня, то что будет с женой, если она
узнает... При одном предположении об этом у меня подкашиваются ноги.
Но выпытать у нее все-таки необходимо. Нельзя ли что-нибудь солгать?
- Как ты полагаешь, это был действительно родильный дом?
- А почему ты... - В ее голосе звучит беспокойство.
- Видишь ли, у меня есть основания полагать, что над нами зло
подшутили.
- Как так?
- У меня был один старый товарищ, гинеколог. Он сошел с ума.
Это была вопиющая чушь, и в другое время я бы не удержался от смеха. Но
я произнес это совершенно серьезно, и жена поверила. Лицо ее отвердело.
Действительно, другое подобное оскорбление для женщины не придумаешь.
Озорства ради положить на стол и вырвать из чрева младенца...
