Library

18 >

корзин.  Если  на  дамбе  появится кто-то  другой,  я  вложу свои  записки в
полиэтиленовый  пакет,  надую  его,  зажму  верхнюю  часть,  сложу  вдвое  и
несколько раз перевяжу тонкой проволокой. Это займет двадцать две - двадцать
три секунды.  Затем поверх проволоки намотаю красную клейкую ленту и оставлю
длинный конец,  чтобы  сразу  бросался в  глаза.  К  ленте бумажной веревкой
привяжу  большой камень.  Это  -  секунд  пять.  Вся  работа  займет  секунд
тридцать.  В  общем,  сколько бы  я  ни  мешкал,  больше минуты мне  вряд ли
понадобится.  А ему, чтобы сойти по лестнице, ведущей к пристани, спуститься
по выложенному каменными плитами склону,  на котором легко поскользнуться, и
подойти ко  мне,  даже если он  будет очень спешить,  потребуется по меньшей
мере две-три минуты.  В  общем,  мне нечего бояться,  что опоздаю.  Если его
поведение покажется мне хоть чуть подозрительным,  я  сразу же брошу пакет в
канал.  Привязанный камень  позволит закинуть его  достаточно далеко.  И  до
пакета ему ни за что не дотянуться.  Пакет прямым ходом попадет в водоворот.
Предположим,  он окажется прекрасным пловцом и  бросится в воду -  разве ему
угнаться за пакетом?  Нет, если он прекрасный пловец, то тем более не станет
заниматься таким бессмысленным делом.  Примерно в  течение часа после начала
отлива кататься на лодках здесь тоже запрещено.  Может быть,  он и не читал,
что написано на том щите,  но все равно ему должно быть хорошо известно, как
опасны водовороты.  Если пакет с записками,  оказавшись у водоворота, все же
не будет втянут в  него,  его точно пружиной выбросит в открытое море,  и он
пойдет ко  дну.  Через сколько-то часов или сколько-то дней бумажная веревка
расползется,  и  надутый воздухом пакет освободится от  камня.  Подхваченный
приливом,  он  будет  легко  носиться по  волнам  недалеко от  берега,  пока
кто-нибудь не заметит красную ленту.
     Но предположим -  прямо сейчас, в эту самую минуту, он появится... дает
ли основание написанное мной до сих пор утверждать,  что преступник - именно
он?  Вряд ли.  Назови я на этих страницах даже его имя -  все равно никто не
поверит.  Если  я  недостаточно  вразумительно  объясню,  что  его  к  этому
побудило,  достоверность моих  записок  значительно уменьшится.  Они  станут
похожи на выдумку.  Но мне тоже пальца в рот не клади. В правом верхнем углу
на обратной стороне обложки -  черно-белая фотография, прикрепленная клейкой
бумажной лентой.  Возможно,  на ней не все вышло четко,  но тем не менее она

Следующая

18 >