Кобо Абэ. Человек-ящик - НЕСКОЛЬКО ДОБАВЛЕНИЙ,
23 >
сигарете огонь - вряд ли нужно думать, что эти двое связаны между собой.
Мужчина с духовым ружьем - сам по себе, девушка - сама по себе. А ее
поспешное бегство объясняется лишь тем, что она стыдится своей
благотворительности...
Однако палач не будет ждать до бесконечности, пока приговоренный курит
сигарету за сигаретой. Время казни неотвратимо приближается. На рассвете
боль в плече от нагноившейся раны скрутила меня, будто я оказался втиснутым
в слишком узкий резиновый мешок. Я вылез из ящика и отправился в клинику на
горе. Меня уже поджидали там велосипедистка со шприцем и стрелявший мужчина
со скальпелем. Я нисколько не удивился, наоборот, с самого начала был к
этому готов.
Я проснулся, лежа на кровати, - на меня, издавая запах витаминов и
креозота, смотрела велосипедистка. В белом халате, какой носят медицинские
сестры, она способна была остановить время. Если же время остановится, то,
естественно, нарушатся причинно-следственные связи, и тогда можно, не
опасаясь, что тебя осудят, совершить самый бесстыдный поступок. К сожалению,
я не дошел до того, чтобы совершить этот бесстыдный поступок, хотя и
чувствовал себя свободным настолько, что смог забыть о том, что вылез из
ящика и выставил свое лицо на всеобщее обозрение. Она с улыбкой кивала,
слушая небылицы, которые я рассказывал о себе, и ее улыбка, точно вырезанная
в затвердевшем воздухе и окрашенная солнечной кистью, была удивительно
привлекательна и в то же время беззащитна, и у меня вдруг возникла
галлюцинация, будто она признается мне в любви. Улыбающееся лицо,
заставившее даже забыть о том, что халат слишком длинный и ног ее почти не
видно. Я захлопал крыльями, как впервые взлетевший в воздух птенец (неумело,
суетливо, но в то же время неистово). Поток воздуха наконец подхватил мои
крылья, и я взлетел - пьяный от освежающего ветерка ее улыбки, и подумал,
что теперь, пожалуй, нет нужды возвращаться в свой ящик. Потом, в какой-то
момент, сам не знаю, как это произошло, я опрометчиво пообещал купить для
нее ящик за пятьдесят тысяч иен (я изо всех сил убеждал ее, что можно и
даром), поскольку немного знаком с одним человеком-ящиком (что вполне
естественно). Как я теперь понимаю, нужно было сразу же выяснить, что она
собирается делать с ним. Но ее улыбка тогда обезоружила меня. Я даже
подумал, что было бы глупо слишком много времени тратить на разговоры о
ящике.
